... А на другой стороне вдали
расстилался город огромный, и главы его храмов сверкали в огненном
отблеске вечернего солнца.
На высоком берегу стояли два юноши. Оба, на заре жизни, смотрели на
умирающий день и верили его будущему восходу. Оба, пророки будущего,
смотрели, как гаснет свет проходящего дня, и верили, что земля не надолго
останется во мраке. И сознание грядущего электрической искрой пробежало по
душам их, и сердца их забились с одинакою силой. И они бросились в объятия
друг другу и сказали: "Вместе идем! вместе идем!" И это мгновение ангелы
записали на небе, и оно радостно откликнулось в великой душе мира.
Но судьба разрознила юношей и раскидала их в дальние стороны. Но то
мгновение в душах их свято росло в бесконечность.


2


В зале, освещенной огнями, толпились люди и думали - веселиться. И в
шумном говоре звенело бездушное слово, и жалкая мысль выливалась в
многосложные речи. Раздавалась музыка, и в таинственных звуках, говоря о
небесном, отличалась ярко от пустых восклицаний детей праха и тленья.
Вдалеке от толпы сидели дева и юноша. Их взоры с любовью тонули во
взорах друг друга. Они говорили о мире небесном, о том же свете грядущем.
И сознание симпатии глубокой электрической искрой пробежало по душам их, и
сердца их забились с одинакою силой. И разом из уст их сорвалось слово:
люблю! Это мгновение ангелы записали на небе, и оно радостно откликнулось
в великой душе мира.
С хохотом люди смотрели на чету, благословенную любовью.
Но дева и юноша бросились в объятия друг другу - и то мгновение, когда
сказали: люблю! - свято росло в их душах в бесконечность.


3


Но та же судьба, божья судьба, что раскидала юношей в дальние стороны,
снова свела их. И с каждым была уж любимая дева, каждый пришел с
ненаглядной подругой.
Тогда пред распятием, пред богом, за любовь пострадавшим, все четверо
пали они на колени и жарко молились с благодарностью в сердце, и слезы
лились по ланитам. И после, в сознании высокой любви, все четверо
бросились в объятия друг другу и слились духом в единое дивное чувство...